Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

promo zakusilov декабрь 30, 2021 17:07 6
Buy for 200 tokens
Я, волонтер з 2013 року, хочу подякувати всім хто не дав мені опустити руки і втратити віру в людяність... Так сталось що півтора роки тому в результаті нещасного випадку я зламав бедро, через те що в мене крім того захворювання крові - «Гемофілія», в операції мені було відмовлено.…
Іду на ви

А вы никогда не задавались вопросом...

А вы никогда не задавались вопросом... почему в русской народной сказке про репку только у Жучки есть имя? Остальные персонажи без имён - дедка, бабка, внучка, кошка, мышка.

А вы никогда не задавались вопросом...

Оказывается, в сказке о репке, записанной в середине XIX века публикатором сказок и фольклористом А.Н. Афанасьевым и опубликованной в его сборнике, собака называется не Жучкой, а сучкой. Жучка появилась позднее в одной из многочисленных адаптаций для детей.

Группа «Нэнси» украла Украинскую песню и спела как «Дым сигарет с ментолом»
«Пришла друга нога; друга нога за ногу, нога за сучку, сучка за внучку, внучка за бабку, бабка за дедку, дедка за репку, тянут-потянут, вытянуть не можут!»


Допомога антимосковському українському сайту (за бажанням)
Реквізити: карта “ПриватБанк” № 4149 6293 3005 9817 — Карта “Monobank“ № 4441 1144 2246 2422

«Среди них не было стукачей». Бандеровцы и «сучьи войны»

«Ночью бандеровцы вошли в барак и вывели двух бандитов. Те поняли, что их убьют». В конце 1940-х в лагерях ГУЛАГа вспыхнули так называемые «сучьи войны». В центре криминальных «разборок» оказались и украинские политузники — «бандеровцы».

«Среди них не было стукачей». Бандеровцы и «сучьи войны»

«На воле я слышал о бандеровцах только черные слова, — пишет поэт Анатолий Бергер в мемуарах „Этап“. В 1969-1974 годах он отбывал наказание за „антисоветскую агитацию и пропаганду“ в Мордовии. — Вероятно, и такие слова нелживы: убийств и жестокости у них хватало. Но в лагере эти люди производили сильное впечатление. Лица у них были не такие, как у полицаев. Эти лица светились, дышали убежденностью и верой. Среди них не было стукачей. Сидя те же 25 лет, они сносили тяжкое наказание достойно. К евреям в лагере относились дружелюбно. Да и вообще среди бандеровцев было много людей образованных, знающих европейские языки. Они твердо верили в свое предназначение, в грядущую независимость Украины, в правоту своего дела».


Бандера и бандеровцы, развенчание кремлядских… -viktor1962

Во время Великой Отечественной войны в Красную армию мобилизовали около миллиона заключенных. Пришлось брать оружие в руки и «ворам в законе» — хотя их «кодекс» запрещал любое сотрудничество с властью. Когда через несколько лет рецидивисты вернулись на «зону», начались проблемы с теми, кто ее не покидал. Так возникло деление на «чесняг» — тех, кто придерживался «воровского закона», и «сук» — предателей. В лагерях начались так называемые сучьи войны.




Михаил Баканчук во время ссылки в Норильске, 1956 год. Арестован в 1947-м за сотрудничество со службой безопасности ОУН. Заключен на 25 лет. За противодействие лагерным бригадам срок увеличили на пять лет. «БУР — барак усиленного режима — был моим частым отелем», — пишет он в воспоминаниях. Амнистирован в 1956-м с запретом возвращаться в Западную Украину. Сейчас Баканчуку 85. Живет в Тернополе
Михаил Баканчук во время ссылки в Норильске, 1956 год. Арестован в 1947-м за сотрудничество со службой безопасности ОУН. Заключен на 25 лет. За противодействие лагерным бригадам срок увеличили на пять лет. «БУР — барак усиленного режима — был моим частым отелем», — пишет он в воспоминаниях. Амнистирован в 1956-м с запретом возвращаться в Западную Украину. Сейчас Баканчуку 85. Живет в Тернополе

«А однажды с этапом в ту зону попал случайно вор, и его узнали враги, суки, — описывает автор воспоминаний „Четвертое измерение“ Авраам Шифрин. — Мы видели через колючую проволоку, как озверелая толпа сначала била его, а потом пыталась сжечь на костре. Несчастный кричал нам: „Мужики! Передайте людям, что я вором умер!“ Вся эта вакханалии шла под аккомпанемент стрельбы в воздух с вышек. Потом надзиратели забрали этого вора и унесли, но вряд ли он выжил».

Постоянные конфликты заставили руководство ГУЛАГа разграничить две уголовные группы. Сначала их разводили по разным камерам. Позже — даже по разным лагерям. Так, в БерЛАГе на Колыме «чесняги» отбывали наказание в основном на территории северного управления, «суки» — западного. На пересылках конвой спрашивал блатных, какой они «масти».

В конце 1940-х в лагерях появляется еще одна заметная группа — украинские политические заключенные, «бандеровцы».

«Они также отличались от всех, — вспоминает еврей Анатолий Радыгин в книге „Жизнь в мордовских концлагерях вблизи“. В 1974 ее издали в Мюнхене на украинском языке. — Когда вдруг к ковырявшейся массе подоходил мужчина подтянутый и аккуратный, спокойный и малословный, выбритый, в чистой рубашке и вычищенной обуви, в бережно разглаженной арестантской одежде, можно было почти без ошибки угадать его национальность, партийность и знамя, под которым он воевал».

Лагеря находились под полным контролем криминалитета. Часто под прикрытием администрации «воры» имели холодное оружие, которое направляли на разного рода «контру», в том числе и «бандеровцев».


Женщины из Западной Украины в лагере в селе Черновские Копи, близ Читы, 17 января 1950 года
Женщины из Западной Украины в лагере в селе Черновские Копи, близ Читы, 17 января 1950 года

«Большинство лагерного населения были западные украинки, в основном крестьянки, — пишет переводчик Майя Улановская в книге „История одной семьи“. — Эта, на первый взгляд, серая лагерная масса оставила о себе ярчайшее воспоминание. По всем лагере звенели их песни. Пели в бараках, пели на работе — если это была такая работа, как слюдяное производство, — пели хором, на несколько голосов. Эпические песни о казацкой славе, тоскливые — в неволе, в заброшенной семье, и бандеровские — всегда трагичные, о гибели в неравной борьбе».

«Воры в законе пытались держать в полном подчинении и остальных зэков, — пишет Валерий Ронкин в книге „На смену декабрю приходит январь“. — Коллега рассказывал и о том, как к ним в зону, где царил воровской закон, прислали большой этап бандеровцев. Те пошли к пахану и попробовали договориться с ворами, чтобы они не трогали политиков. Но на следующий день демонстративно был убит политический, не пожелавший делиться посылкой с ворами. После очередного убийства бандеровцы подожгли воровской барак, предварительно заколотив его двери. Выскакивавших из окон бросали обратно. С той поры воровская власть в зоне кончилась».

21 февраля 1948 года выходит постановление Совета Министров СССР, согласно которому для политзаключенных создают «особые лагеря»- «Особлаги». Их появление существенно изменило расклад сил. Здесь «бандеровцы» если и не составляли большинства, то могли образовывать большие сплоченные группы.

«Конфликты между враждующими лагерями „блатные“ — „суки“ были нам очень на руку, — вспоминает закарпатец Василий Рогач в воспоминаниях „Счастье в борьбе“. — После таких „разборок“ одних сажали в БУР (барак усиленного режима — А), других отправляли на этап. А в жилой зоне на некоторое время устанавливалось затишье — прекращались грабежи, кражи, опасные схватки. Позже мы даже старались провоцировать эти конфликты. И долгое время они нам удавались».

Рогач отбывал наказание в лагерях РечЛАГ вблизи Воркуты. Администрация решила завезти сюда две сотни уголовников, чтобы поставить на место «бандеровцев».

— Замолчать, стерва бандеровская! Скоро мы вам рога обломаем, — бросился авторитет Чернобров на украинца, который вечером играл на мандолине в бараке.

— Думать нечего — утром будет поздно. Целый барак освобождают, готовят для блатной швали, — решили его земляки после короткого совещания.

Через час Чернобров пошел в туалет и больше не вернулся. Когда утром привезли остальные «блатных», те узнали, что их «атамана» убили. Селиться в одном бараке с украинцами отказались. На следующий день их увезли в неизвестном направлении.

Мирослав Симчич, который отбывал наказание на шахте в Бутугычаке в 500 километрах к северу от Магадана, вспоминает: «В лагере администрация с помощью прихвостней бесчинствует, особенно достается каторжанам-украинцам от нарядчика Бубновского. Весь лагерь, огромная колонна невольников, стоит на разводе. Выкрикивают номера каторжан. Цимбалюк на свой номер вышел из колонны и направился к нарядчику. Не успел Бубновский опомниться, как лежал с расколотой головой. Цимбалюк отдал топор конвоиру и отправился в режимную часть за новыми 25 годами».

«Не знаю, где и как, а у нас это началось с приезда Дубовского этапа — в основном западных украинцев, ОУНовцев, — пишет о сопротивлении уголовникам Александр Солженицын в романе «Архипелаг ГУЛАГ». — Для всего этого движения они повсеместно сделали очень много, да они и стронули воз. Дубовский этап привёз к нам бациллу мятежа. Молодые, сильные ребята, взятые прямо с партизанской тропы, они в Дубовке огляделись, ужаснулись этой спячке и рабству — и потянулись к ножу.


«Приведение в исполнение смертного приговора ворами», рисунок Данцига Балдаева (1925-2005). 58 родственников Балдаева погибли в застенках НКВД. Он воспитывался в детском доме. Несмотря на это, проработал треть века в органах внутренних дел, дослужился до звания майора. Исследовал тюремные татуировки. Его серия «ГУЛАГ в рисунках» — одна из самых полных рисованных историй советских лагерей
«Приведение в исполнение смертного приговора ворами», рисунок Данцига Балдаева (1925-2005). 58 родственников Балдаева погибли в застенках НКВД. Он воспитывался в детском доме. Несмотря на это, проработал треть века в органах внутренних дел, дослужился до звания майора. Исследовал тюремные татуировки. Его серия «ГУЛАГ в рисунках» — одна из самых полных рисованных историй советских лагерей

Солженицын также ввел термин «рубиловка». Так назвал очищение лагерей от прислужников администрации — жестоких бригадиров и «секретных сотрудников». В СтепЛАГе в Казахстане она проходила в одно время — в 5.00, когда надзиратели только открывали бараки.

Узник СтепЛАГа Михаил Король описывает в книге «Одиссея разведчика»: «Ночью бандеровцы вошли в барак и вывели двух бандитов. Те поняли, что их убьют. Один убежал, а второго так покалечили, что он остался лежать на месте. А бандеровцы пошли на вахту и доложили: „Идите, подберите блатного. Мы его убили“. На следующий день руководителя бандеровцев арестовали, повели на вахту и в тюрьму. Бандеровцы догнали повозку и отбили своего».

«В этом жутком спорте ушам заключённых слышался подземный гонг справедливости», — добавляет Солженицын.

«Беспощадному террору МГБ противостояли, насколько возможно, только бандеровцы — украинские повстанцы Степана Бандеры, — вспоминает венгр Ирани Бела. — Несколько месяцев они вели себя очень тихо, а потом сориентировались и начали действовать. Они были хорошими рабочими и везде завоевывали доверие руководства лагеря и дружбу членов бригады. Всех поразила невиданная доселе серия убийств людей, которых подозревали в доносах на своих товарищей. Виновников не смогли поймать, и это смущало политофицера».

Хладнокровие, с которым происходило уничтожение «сексотов», сеяло страшную панику. Многие умоляли о помощи руководство. Просились в этап или клялись прекратить «черные дела».

Такая работа требовала большой внутренней дисциплины. Еврей Давид Цифринович-Таксер в книге «Страна Лимония» описывает, что повар-«бандеровец» боялся себе налить порцию гуще, чем другим. А украинец, который нес сахар на целую бригаду, не удержался и попробовал немного, был вынужден ходить от барака к бараку с табличкой «Я у своих товарищей украл сахар». От предложения надзирателей закрыть его в БУР — барак усиленного режима — украинцы отказались. В лагере они сами могли вершить судопроизводство.

«Бандеры, что на этом лагпункте заправляют, — пишет Цифринович-Таксер, — мало того, что своему Богу молятся, так организовали и для евреев, и для мусульман их праздники. Выставляют людей на шухере, чтоб предупреждать, если надзиратель поблизости».

В последующие десятилетия криминальный элемент с удивлением и часто с уважением воспринимал политических осужденных. Воин УПА Мирослав Симчич после отбытия 25 лет продолжал сидеть — теперь уже по статье «лагерный бандитизм». Свой очередной срок он отбывал среди уголовников: «Неожиданно для них и для себя я стал в камере „авторитетом“ для воров. Они часто спорили между собой, а меня, как тюремного „долгожителя“, просили рассудить».

«Бандеровцы — это не хохлы. Хохлы живут в Полтавской области»

«За східним обрієм» — назвал книгу своих воспоминаний Даниил Шумук. В тюрьмах отсидел всего 42 года. Первый приговор получил, когда Галичина принадлежала Польше — за участие в коммунистическом подполье. Следующий — в СССР, за борьбу в рядах УПА. В книге приводит такой диалог:

— Ребята, кто мыло забрал с туалета?! — спросил санитар, когда вошел в комнату.

— У нас эстонцев нет и вообще прибалтийцев нет, так что мыла у нас некому кушать, — ответил русак.

— Действительно, какой-то дурной народ эти эстонцы. Как уж работает, то работает один за десятерых, а как попадёт в больничную, то уж прёт это мыло, пока и не подохнет, — сказал белорус.

— Эстонцы укорачивают свои мучения и издевательства над ними мылом, а русские и белорусы отрубывают себя пальцы на руках и на всю жизнь остаются калеками, — добавил узбек.

— А что делают хохлы? — с иронией спросил русак.

— Что делают хохлы? Вот в нашей бригаде один очень спокойный и вежливый хохол вылез из котлована и сказал: «Я больше в котлован не пойду!» К нему подошел бригадир и спросил: «Не пойдёшь?» — и ударил его по лицу. Хохол молча схватился руками за лицо и отошел. Бригадир закурил папиросу и сел возле котлована. А хохол взял кирку, тихонечко подошел и так стукнул этого бригадира, что тот прямо полетел в котлован, а из котлована его вытянули уже мёртвым. Вот что делают эти хохлы.

— Так это же сделал не хохол, а западник, бандера, — ответил русак.

— Разве западник, бандера — национальность? — спросил узбек.

— А чёрт их знает, кто они такие. Но это не хохлы. Хохлы живут в Полтавской области, — ответил русак.

203 000 лиц было выслано из Западной Украины за 1944-1952 годы. Такие данные указаны в постановлении Президиума ЦК КПСС «О политическом и хозяйственном положении западных областей Украинской ССР» от 26 МАЯ 1953 года.



Автор: Святослав Липовецкий; опубликовано в журнале «Краіна»


Допомога антимосковському українському сайту (за бажанням) / Помощь сайту (при желании и наличии средств):
Реквизиты: карта “ПриватБанк” № 4149 6293 3005 9817 — Карта “Monobank“ № 4441 1144 2246 2422

«Сравнительное жизнеописание двух братских народов» - глава из книги

«Сравнительное жизнеописание двух братских народов» - глава из книги

Погромы. Больше всего от них страдают многолюдные русские деревни, которым "повезло" появиться на свет рядом с еврейскими выселками. Русские пришли в мир – как ангелы в яслях – для чистой жизни. А тут такая беда!

Собрать толпу евреев на разбойное дело можно мигом, брось клич – немедля сбежится охочая ватага с батогами. Кому не любо поживиться в богатой, ухоженной и сытой русской деревеньке! Оттуда одних перин да подушек тащить – сотню подвод нужно, не меньше.

Хроника захвата власти в революционном Петрограде 👀
А еще они мастаки над русскими женщинами куражиться. Свои, поди, страшны да неопрятны, прыщ на прыще. Еврейка тебе ни щей не сварит, ни полотенца не подаст, а коня на скаку – так вообще проблема. В то время как русская на чужих мужиков и взгляда не бросит, сама – что тростиночка, для себя – диета, для мужа – полный ресторан. Дети умыты, отличники, о русской маме весь мир песни слагает, спросите хоть итальянцев. С утра пахнет телесной свежестью, к вечеру – чайная церемония. Не то что еврейки: беспутный загул и блядство. Тех к насилию даже склонять не надо, бригадой напросятся да, бывало, сразу и не отпустят, заходи, говорят, по второму кругу, пока мужики-раввины в кабаке.

Идут евреи на погром – русская деревня врассыпную. Не потому что сил нет, а потому что из века в век одна история, еще Толстой научил: злом на зло не отвечаем, евреи явятся – увидят, что мы мирные люди, да устыдятся. Но евреям неймется. В Белоруссии им накостыляли, там йода переизбыток, так они к нам перебрались, знают, что покладистей и сдержанней русского человека днем под фонарем не сыщешь.

И ведь никакой защиты! Полицию или там органы вызвать – не поможет. У евреев все схвачено и куплено. Вон, соседние селяне вызвали, там им внутренние войска таких лещей наваляли (мол, сами провокаторы, а теперь с жалобой), что еще неизвестно, с чего убытка больше – от евреев или от русских киргизов.

Хроника вялотекущих событий: вы застали совок? 👀✔
Какой сермяжный ребенок не мечтает учиться в университете! Да не заграничном, а в своем, отечественном. Но не дают! Как тут готовиться к экзаменам, если завтра, по расписанию, погром? В погребе оно не шибко. Тут тебе не до синусов, когда наверху пьяная еврейская чернь второй вторник кряду твою мамку чести лишает. А она зубы сжала и молчит как Матросов, чтоб враги не отвлеклись, а то пойдут по погребам рыскать, детей наших мучить.

Русский муж и отец не дерется, водки не пьет – вся забота о доме, о семье. Да завистникам это как лютый клещ в мошонке! 200 лет живем рядом, а они за все время ни одного русского мальчика в свой хейдер не взяли. Ввели три процента, без взятки не проскочишь. Да еще развесистые легенды сочиняют. Дескать, русские все колодцы у евреев новичком отравили. Да где у них колодцы-то, отродясь из лужи лакают, туда же и мочатся, а нам отвечай! Или вот напасть: пустили молву, будто русские у них бабушек воруют на колбасу. Двух замученных евреек в возрасте 90+ в православном храме нашли под этикеткой "ливерная". Хай подняли до небес, а небось сами и подкинули. Кукушки яйца в чужие гнезда кладут – а эти нехристи собственных старушек!

Короче, как поедете по России с фольклорной экспедицией – песни да басни собирать, ими отчизна богата под завязку, – так возьмите себе в железную привычку: утром, только вам с постоялого двора в дорогу – постойте на крыльце да поведите носом округ. Где над лесом дым трубой – туда не суйтесь, в том краю ныне погром: евреи русские избы жгут, над святыми храмами глумятся.

Своего первого Прилепина я убил в 41‑м под Брестом 👀
Вот евреи идут! (Поется на мотив "Вот солдаты идут", слова Михаила Григорьевича Львовского.) Вот евреи идут! Так помилуй нас, Боже! Не поют – а орут. Прячься кто куда может!

На верхнем фото: типичная еврейская синагога, урочище Беер-Шевы, 1988 год по убиению евреями Криста

Пишет roar22

25 процентів адекватних

Как московские чекисты пытались выдать ненцев за агентов немцев

Слово «мандалада» в ненецком языке буквально означает «сбор вооруженных людей». За четыре прошедших века ненцы не раз поднимали восстания против московитских колонизаторов. Самая долгая мандалада случилась в XIX веке, когда волнения в тундре, начавшиеся, по случайному совпадению, одновременно с восстанием декабристов, продолжались более пятнадцати лет. Историки называют эти события «мятежом Ваули», по имени его вожака –​ Ваули Пиеттомина, известного в документах того времени как "шаман-разбойник".

Как московские чекисты пытались выдать ненцев за агентов немцев

Восставшие ненцы верили, что в борьбе с иноземными захватчиками им помогает покрытый шерстью белый великан, огромные следы которого видели в тундре путешественники. Фантастическая смесь народных верований и реальных событий, происходивших в Заполярье, вдохновила Александра Етоева, писателя из Петербурга, на создание романа "Я буду всегда с тобой", который вошел в этом году в шорт-лист премии "Национальный бестселлер".

Время действия романа – 1943 год. Место действия – лагерь политзаключенных под Салехардом. Начальник лагеря желает быть увековеченным в мраморе. Он заказывает свою статую скульптору, бывшему эмигранту, недавно вернувшемуся из Аргентины. Действие происходит на фоне слухов о том, что ненецкие шаманы, поднимая на бунт недовольных советской властью оленеводов, вступили в контакт с командованием Кригсмарине – германского Военно-морского флота. Немецкие подводные лодки топят корабли Северного конвоя в Баренцевом море и якобы доплывают до Сибири. Самое удивительное, что всё это правда. Почти правда с долей чудесного раблезианского вымысла. В интервью изданию «Сибирь.Реалии» писатель рассказал о том, как собирал материалы для книги, как получилось, что заключенные играют с охранниками в футбол отрубленной головой, и почему ГУЛАГ представляется ему трагическим гротеском.

– Как вы вообще узнали об этих невероятных событиях, легших в основу романа?

– Началось все с мандалады, конечно. Я когда-то отдыхал с семьей в поселке Головинка на Черном море, а хозяин квартиры, которую мы снимали, много лет прожил на Севере, в Заполярье. И писал что-то наподобие мемуаров, у него семь амбарных книг этих записей было в доме. Он, узнав, что я работаю в редакции, понадеялся, что это можно издать, и дал мне их, все семь, почитать. Я осилил одну из семи, первую, и из нее-то узнал о восстании ненцев в 1943 году. Но это еще не было отправной точкой романа, просто меня это заинтересовало. Хотя окунуться в атмосферу военных 40-х годов, наверное, всегда хотелось, потому что время это было жесткое, страшное, после войны прошло не так много лет. Мои родители воевали.
Как московские чекисты пытались выдать ненцев за агентов немцев
Александр Етоев

– Что в этих амбарных книгах было написано?

– Мемуары же – где жил, что видел, мысли всякие, рассуждения, причем все это изложено пафосно, общими фразами, но и какая-то информация конкретная, ценная проскальзывала – случаи из жизни, чем питались, как они водку пили. Про мандаладу там было сказано, что немцы снабдили ненцев оружием с подводной лодки, заплывшей в Обскую губу, ненцы хотели взять штурмом Салехард, но их остановили. Особых подробностей не было, он же это из чужого рассказа взял.

– Но главное, насколько я понимаю писательскую кухню, это найти героя?

– Да. Схема приблизительная уже была. А потом нарисовался образ Дымобыкова – этакий красный кентавр на лихом коне, герой Гражданской войны. Человек, который в себе совместил и низкое, и высокое, по настроению способный казнить и миловать, и жестокий, и добрый. Герой Павла Луспекаева из «Белого солнца пустыни» своего рода. Скульптор Эрзья, который у меня носит имя Рза. Север. Салехард. Лагерь. Как-то это в ком слепилось, я даже не помню как… Какие-то варианты были, которые зачеркивались, новые возникали. У меня подготовительных материалов по объему в десять раз больше, чем сам роман. Это, кстати, нормально. В результате я начал с визита скульптора к начальнику лагеря, когда Дымобыков заказывает с себя скульптуру.

Отрывок из романа «Я буду всегда с тобой»
«Из чего будет статуя? – улыбнулся Дымобыков Степану, давая улыбкой уразуметь, что в художестве знает толк. – Каррарский мрамор, Степан Дмитриевич, тебя устроит? Как, товарищ Рза, насчёт каррарского мрамора?

А? Командир девятой циркумполярной дивизии НКВД, Герой Советского Союза и Социалистического Труда, кавалер орденов Ленина, Красного Знамени, Красной Звезды, ордена Суворова второй степени, ордена Отечественной войны, это не считая медалей, награждённый лично из рук товарища Фрунзе почётной революционной шашкой, это как раз за Крым, и ещё одной шашкой, парадной, за боевые заслуги перед страной, начальник лагеря особого назначения генерал-лейтенант Тимофей Васильевич Дымобыков в каррарском мраморе – какова картина?»

– А дальше пошло-поехало. Дальше уже как-то все само получалось: оживали герои, новые появлялись. Политической задачи я не ставил – просто хотелось живо и интересно рассказать некую историю. Но это и правильно, потому что из таких рассказов, из таких историй, их переплетения, всегда вылезает что-то большее, чем задумывалось. Много я перелопатил, конечно, всякой литературы. Отовсюду брал понемногу все, что казалось нужным и интересным, художественно, конечно, переиначивая. Любая мелочь для меня, для человека, который раньше с такой темой не работал и в жизни ни с чем подобным не сталкивался, была важна и ценна. Ну и интернету спасибо.

– Если говорить о лагерных энкавэдэшных персонажах, то ваш Медведев –​ это ведь историческое лицо? Заслуженный деятель НКВД, прожил долгую жизнь, похоронен на Новодевичьем кладбище.

– Да, Медведев – персонаж исторический. В то время это начальник Ямальского райотдела НКВД. Он получил орден Красной Звезды за операцию по «подавлению мандалады», когда они стойбище с восставшими окружили и часть людей постреляли, а часть увезли в кутузку.

– Я слышал, что вся эта спецоперация по сути была придумкой самого Медведева.

– На самом деле – да. Ну, правда, не только Медведева, там было начальство и поглавнее, например, начальник Управления НКГБ Омской области полковник Быков, также награжденный за эту операцию орденом Красного Знамени, его зам подполковник Гаранин, ему «Знак Почета» дали. А Медведеву дали орден Красной Звезды. Ну а потом в 1949 году награды у всех троих отобрали, признали, что дело было сфальсифицировано.

Известный российский историк из Тюмени Александр Петрушин изучал историю мандалады и пришел к выводу, что история 1943 года была практически полностью инсценирована сотрудниками НКВД:

«Волнения ненцев в Тамбейской тундре (как и в Большеземельной тундре) в декабре 1943 года специально спровоцировали областные, окружные и партийные, советские и чекистские органы. Эту ситуацию в докладах представили как «восстание», организованное гитлеровской разведкой.
Как московские чекисты пытались выдать ненцев за агентов немцев
Опергруппа НКВД, проводившая карательную операцию в тундре

На подавление мандалады из Омска на Ямал на самолётах была отправлена рота автоматчиков. Собрав обманом безоружных ненцев, солдаты открыли по ним огонь: семеро были убиты, столько же ранено. Остальных оленеводов арестовали и увезли в Салехард. Никто из сотрудников НКВД не пострадал. В Салехарде из 50 ненцев, силой лишённых свободы и привычных условий жизни, 41 умер от болезней и истощения. А авторов преступного сценария мандалы наградили:
начальника Управления НКГБ Омской области полковника Быкова – орденом Красного Знамени, его заместителя подполковника Гаранина – орденом «Знак Почёта», начальника Ямальского райотдела НКВД Медведева – орденом Красной Звезды».

–​ То есть это была такая спецоперация?

– Да. Но ненцы действительно были многим недовольны, на факториях им перестали продавать хлеб, много чего там было подспудного, если покопаться. Ну и без провокаторов среди ненцев не обошлось.

Мои герои – это поколение обреченных; причем обреченных уже заранее, самим временем

– Как читатель я следую за вашим рассказом. И в последней главе начинаю предвкушать, что сейчас развернется битва. Нечто эпическое. Но этого не происходит. Кто-то выстрелил, кто-то упал. Почему вы решили обойтись без батальной сцены?

– У меня финал символический – Гора, которая как бы переход отсюда, с земли, туда, в вечность, на небеса… И мои герои – это поколение обреченных; причем обреченных уже заранее, самим временем. Я хотел показать, что они на этой Горе одной ногой стоят уже в ином мире. Как-то так… Это у меня смазанно, может быть, получилось, но как получилось, так получилось. И мне было достаточно выстрела этих самых архангельских стрелков из НКВД, а не подробной битвы, чтобы показать, как все непросто и печально. Когда начинал писать, я не думал, что так все кончится. Но на радостной ноте не получилось, сам сюжет привел к такому концу.

Отрывок из романа «Я буду всегда с тобой»​
«Дымобыков окинул Гору медленным, плавным взглядом, посмотрел на лица всех, кто был рядом с ним, потом посмотрел на север, сместил взгляд на восток, на грозовые тучи на горизонте. – Что-то я, ребята, устал. Статую заказал – не радует. Извини, – сказал он Степану Дмитриевичу, – хорошая статуя, постарался. Но – режет вот здесь, под сердцем, будто бы украл что или предал. Спроси почему – не знаю. Мы, когда с Окой Городовиковым рубили белых на юге, думали, вот порубим – и настанет на земле счастье. И потом, когда Магнитку ставили с Авраамием, поставим, думали, – вот и счастье. А счастье – как облако над Уралом, идёшь к нему, идёшь, вроде бы приближаешься, а оно далеко-далёко. А сейчас фашист нас кусает. Побьём его, будет счастье. А будет ли? Я не знаю».

– А что значит – обреченность для этих северных народов? Что значит – обреченность для этих бойцов НКВД? Это разные формы обреченности?

– Многие северные народы как жили когда-то природной специфической жизнью, так до сих пор живут. Советская власть пыталась их переделать… Но ничего не получилось практически. Им старались навязать оседлый образ жизни, жилье им давали и так далее, но все равно им это оказалось не нужно. Чум, кочевая жизнь, олени – вот что было смыслом их жизни. Они шли за оленем – куда олень, туда и они.

– Вы имеете в виду обреченность советского проекта по переделке людей?

– И это в том числе, да.

– И те, кто были объектами этой переделки, и те, кто проводили в жизнь этот проект…

– Верно.
Как московские чекисты пытались выдать ненцев за агентов немцев
Учение по стрельбе сотрудников Нарымского ГПУ

– В каких пропорциях фантазия, вымысел и история соединились? Есть ли у вас какой-то рецепт – ​взять столько-то исторической правды, реальных героев и как-то им придать новое измерение в вашем воображении?

– Это все интуитивно делается: чувствуешь, что здесь перебор получился, надо убавить, а здесь недобор – прибавить. На самом деле у меня в романе очень много реальных фактов. Взятых из биографии Степана Эрьзи, например. Но на самом деле он до 1951 года жил и работал в Аргентине.

– Да, я знаю.

– А у меня он в Циркумполярье (так автор называет Заполярье. –​ СР), время действия 1943 год. Или, скажем, сцена с буксующим в грязи автомобилем перед Домом ненца – это на самом деле реплика на одно место из воспоминаний Сергея Дурылина (С.Н. Дурылин –​ богослов и поэт Серебряного века. – С.Р). Он вспоминает, как после поэтического вечера Валерия Брюсова слушатели высыпали на Пречистенский бульвар, а там в луже застрял возница. Из всех только один Николай Бердяев помог мужику вытащить телегу из грязи. А все дело было в его пальто – на остальных пальто были новые, а на Бердяеве старенькое, поношенное, такого, типа, не жалко. Или другой мой персонаж – Телячелов. Прообраз у него человек реальный – Дмитрий Иванович Чевычелов, сначала цензор в Детиздате при редакции Маршака, потом, до конца 1950-х, директор Детгиза. Это он в редакции всех практически работников пересажал перед войной. О нем пишет очень подробно Евгений Шварц в своих записных книжках. Там есть сцена в эвакуации, когда инвалиды на каталках вынесли Чевычелова из столовой – тот возмущался, что они ругаются матом. Инвалиды подняли его на руках, вынесли и бросили в лужу грязи. И таких заимствований у меня немало.

Отрывок из романа «Я буду всегда с тобой»
«Комиссар уже держал инвалида за засаленный воротник ватника и рукой, что была свободна, отводил его тяжёлую пятерню, когда случилось то, что случилось. Матерящаяся свора обрубков, тряся в воздухе остатками рук, облепила его, как мухи, подняла Телячелова на воздух и легко потащила к выходу. Кто-то рвал зубами его мундир, кто-то больно тыкал ему под рёбра, а какой-то бугай без уха отколупывал ему на погонах звёзды. И никто из едоков за столами не пришёл Телячелову на помощь. Его бросили в ближайшую лужу сразу же на выходе из столовой. Улюлюкающая свора рассыпалась, растворилась в уличной толчее».

– Получилась, вольно или невольно, некая метафора: эти энкавэдэшники –​ они же вроде как и деятели советской культуры?

– Я, когда сочинял, о таком прочтении даже не думал. Интересное прочтение. Но получилось непроизвольно, правда.

– Фамилия Дымобыков наводит на некоторые размышления.

– Дымобыков – это для прикола. Понятно, кого я обыграл этой фамилией. Современного классика, конечно. Он, наверное, обиделся, но неважно. Да, еще, когда писал, много пользовался литературой по мифологии северных народов, использовал фольклорные записи, для экзотики вставлял в текст слова из русско-ненецкого словаря, для меня его приятель в библиотеке Института востоковедения специально взял. Насколько органично получилось – не знаю, это решать читателям.

– Что касается скульптора Эрьзя, который стал прототипом вашего Рзы, он вернулся в СССР после войны, уже в относительно благополучные времена, и ни в каком лагере он не был.

– Благополучные, неблагополучные, но все-таки 1951 год. Там тоже много чего неблагополучного было… Кстати, сам факт того, что эмигранту разрешили вернуться и ничего с ним не сделали, – вызывает вопросы. Ему в Москве выделили помещение для хранения скульптур, но жил он бедно, без денег, перебивался как-то. Есть замечательный очерк о нем покойного Андрея Сергеева, это известный переводчик и правозащитник. Он пишет об этом, как они общались с Эрьзей. У него была не очень-то веселая жизнь после возвращения.

– Почему вам понадобилось перенести его возвращение на 10 лет? Чтобы все это происходило в более драматические времена?

– Я даже не задумывался над этим вопросом – просто мне так захотелось. Я хотел, чтобы он каким-то способом собрал вокруг себя персонажей и они там крутились в одном сюжете.

– А чем он вас, этот Эрьзя, я говорю о прототипе, больше всего поразил? Я знаю, что у него были грандиозные проекты, вроде превращения одной альпийской горы в памятник Чарльзу Дарвину.

– Во-первых, у него правильный взгляд на жизнь, на творчество, он мне нравится как художник. Почитайте его автобиографические заметки – это так забавно. Он так простодушно излагает, говорит как бы о серьезных вещах, а получается очень смешно. Еще есть хорошая о нем монография Бориса Полевого, автора «Повести о настоящем человеке».

– Я подумал –​ вдруг есть какая-то особая мысль по этому поводу.

– Я человек простой – пишу, особенно ничего не вкладывая, помаленьку сочиняю историю, стараюсь, чтоб поживей, а потом кто-то начинает делать на основании моего текста какие-то непростые выводы. Мне очень интересно потом их читать и удивляться: неужели я это и правда имел в виду. Когда пишешь, главное – чтобы не было пафоса, не было напряжения, морали не было, нравоучений.

Я буду всегда с тобой
Отрывок из романа «Я буду всегда с тобой»


«Зрелище было адское, фантастическое, потустороннее. На блюде, на гладком поле, ограниченном приподнятыми краями, пучили глаза на людей с дюжину красно-бурых раков. И только человеческая рука подняла тяжёлое серебро, как красные варёные раки, которым не положено быть живыми по всем законам физики и природы, зашевелили усиками-антеннами, ловя в чужом, враждебном людском эфире понятные им одним сигналы. Пора, приказал им кто-то – неужели тот невидимый Авенариус, подданный неземной царицы? – и рачье воинство в красных, большевистских доспехах поползло на людей в атаку. Мощно шевелились клешни, с сухим звуком ударяли по блюду и грозили человечеству скорой гибелью. Раки доползали до края, оскальзывались на гладком скате и съезжали обратно в блюдо, некоторые переваливали за край и тыкались в разложенные закуски. Дымобыков подцеплял их за панцирь и легко возвращал на место.

– Им бы шашки в руки, – сказал он, выпив и не закусив ещё раз, – и в психическую атаку на Врангеля. Красное революционное войско. Крым бы взяли без всякого Перекопа».

– Эти красные раки, которые выползают из тарелки, они как раз для снижения пафоса?

– Ну, у меня с пафосом вроде бы все нормально. Если он есть, то где надо – в торжественных речах на собрании, например. А раки – это гротеск. Я часто такое использую. Так же как в сцене с отрубленной головой в футбольном мяче на матче.

«Отрывок из романа «Я буду всегда с тобой»
«Мячик, жёлтый птенец… пролетел над футбольным полем и ударился своим круглым телом о верхнюю воротную перекладину.

Вот тут-то стадион и притух. Сперва притух, потом вскрикнул.

Мяч, ударив по перекладине, лопнул с противным звуком, порвался на кожаные лоскутья, и в руки дылды-голкипера из победной старостинской команды попал не мяч, попала голова человечья, отрубленная ровно по подбородок».

– Эта голова сама откуда-то вылезла по ходу истории. А за ней вылезла гильотина. В тундре! Гильотина! У местных аборигенов!

– Вообще, в тундре много удивительных вещей оказывалось.

– Откуда взялась эта гильотина? Я не отвечаю в тексте прямо на такие вопросы. Зачем она – понятно. Раз будет в финале отрубленная голова, чем-то ее надо отрубить? Вообще, я люблю, когда в книге много парадоксов и вопросов, на которые нет ответа.

«Отрывок из романа «Я буду всегда с тобой»
« – Понимаю, – сказал полковник, обернулся и наткнулся взглядом на гильотину. – Интересная вещица у вас имеется. Откуда такая?

– А пес знает откуда! Изъяли в каком-то чуме в Щучьереченской тундре вместе с другим оружием. При царизме за песцовые шкурки какое только барахло не сбагривали туземцам, – наверное, с тех времён и осталась. Пока стоит у меня, потом отдадим кому-нибудь в хозяйство. Или в местный дом культуры подарим для экспозиции «Предтечи Великого Октября», послужит как экспонат по теме «Французская революция», палачи французского народа и их орудия.

А хотите, вам подарю, будете там, у себя, гусям и уткам головы отрубать на кухне, или можно дрова колоть…»

– Да, но немецкие подводные лодки в Заполярной тундре –​ это немного похоже на бред.

– Но они действительно заходили в устье Оби, в другие речки. Для того чтобы набрать питьевой воды или пополнить на тайных складах запасы топлива – не знаю, достоверно или нет, но, говорят, в тех местах до сих пор находят бочки с мазутом с немецкими надписями и эмблемами. На Северном морском пути это не всегда удавалось, потому что там все-таки ходили наши военные суда для защиты. Здесь было попроще сделать.

Такие сложные периоды, как война, репрессии, – это наше все. Нужно писать и не забывать об этом

– Я заметил, что в последние годы тема лагеря где-то на севере и людей, которые собраны в этом лагере, все чаще выходит из-под пера писателей. Как вы думаете –​почему? Это какой-то важный момент осмысления нашей истории? Это самое сильное, что можно сказать о нашей истории? Или тут есть еще какие-то смыслы?

– Такие сложные периоды, как война, репрессии, – это наше все. Нужно писать и не забывать об этом. Я старался сделать это в гротесковой манере, почему нет? Вспомните стиль Андрея Платонова – смех сквозь ужас, ужас сквозь смех. Мне очень нравятся такие сочетания в литературе. Я не сделал в романе сплошные плач и стенания, как у многих авторов, кто об этом писал. Я пытался внести какой-то элемент смеховой культуры. По-моему, у меня что-то получилось.

– Несомненно получилось. То есть это сделано с целью разрушения пафоса?

– Когда пафос, проклятия, битье кулаками в грудь превышают меру, зашкаливают – это скучно, это быстро утомляет. Я много прочитал на лагерную тему, работая над своей книжкой. Брал какие-то эпизоды из прочитанного. Но у меня книжка другая получилась, как мне кажется.

Из блога Олег Леусенко

25 процентів адекватних

Страшная книга о советской идеологии

Книга очень крутая и по сути является важнейшим памятником того, чем на самом деле являлась коммунистическая система, она была религиозной верой — с собственными обрядами, пророками, культами и аналогом того света. Пророками в советской системе были Маркс и Энгельс, место христианского Христа с его Миссией занимал Ленин, поведший людей за собой, религиозными культами были всеразличные "праздники урожая" и "обряды проводов в ряды Вооружённых Сил", а аналогом рая был Коммунизм, в который когда-нибудь должны попасть все хорошие люди — те, кто правильно исполнял все обряды и слушался приказов КПСС — некоего аналога Коммунистического Духовного Сословия.

Страшная книга о советской идеологии
Отчасти именно поэтому так трудно переубедить всех любителей СССР, антизападников и читателей книг про попаданцев — их взгляды носят характер не знаний, а религиозной веры, и именно из-за этого переубедить их практически невозможно.

Итак, в сегодняшнем посте — рассказ о главной книге совковой идеологии. Запасайтесь попкорном, обязательно заходите под кат, пишите ваше мнение в комментариях, ну и в друзья добавляться не забывайте. И да, на телеграм-канал тоже подписывайтесь)

Говорит и показывает.


  1. Обложка книги "Социалистическая обрядность" выглядит вот так — красная коленкоровая обложка с надписью золотыми буквами, а под надписью можно увидеть тиснение — это нагрудный знак "исполнителя обрядов" — сепп и молот на основе пятиугольной формы а-ля звезда. Знак символизирует нечто вроде креста в Христианстве, а сама книга должна быть неким аналогом Символа Веры — такое торжественное издание о том, как правильно поклоняться высшим силам.



Страшная книга о советской идеологии


  1. Что интересно — на первой странице моего экземпляра книги стоит несколько штампов с подписями всяких редакторов и заведующих редакциями, а ниже стоит штамп и подпись директора фабрики. Скорее всего — это контрльный экземпляр, который предоставляется для контроля качества издания, библиографическая редкость)



Страшная книга о советской идеологии

Анализ книги "Социалистическая обрядность" я разделил на две части — текстовую и визуальную. В текстовой части описывается, как правильно исполнять те или иные обряды, а в визуальной показываются всяческие картинки на те же самые темы. В обзор вошла только небольшая часть книги — так как, во-первых, она достаточно объёмная, а во вторых — там что ни страница (и даже что ни абзац)  — то отжиг, и очень сложно выбрать что-то главное).

О чём говорится в книге.


  1. Практически весь текст книги написан на самом настоящем большевистском новоязе, который впервые как явление был высмеян Андреем Платоновым в романе "Котлован", в котором были использованы фразы вроде "Кругом беспрестанно нагнеталась общественная польза". Большевистский новояз использует ситаксическую структуру русского языка, при этом в предложениях либо полностью отсутствует смысл, либо они описывают какую-то выдуманную реальность взамен реально существующей действительности.



Социалистическая действительность порождает у советски людей потребность торжественно отмечать важные моменты личной и общественной жизни, воспитывает у них стремление к подлинной красоте, праздничности


— такие оторванные от жизни перлы о совке излагают авторы книги, описывая некий "идеальный СССР", существующий лишь на бумагах партийных чиновников.

Исключительно велика роль советских праздников и обрядов в формировании коммунистического сознания трудящихся — высшей качественной характеристики советского человека.


Типичный пример оторванной от жизни религиозной веры. Я прямо вижу, как какой-нибудь мелкотравчатый партийный чиновник отчебучивал эту цитату на каких-нибудь "курсах повышения партийной квалификации", после чего тут же убегал договариваться с завмагом мебельного магазина, чтобы тот "по блату" продал ему румынскую мебельную стенку в говняную бесплатную хрущёвку.

Страшная книга о советской идеологии


  1. Из книги можно узнать  о том, что в советском календаре аж 67 праздничных дат, которые, по замыслу авторов книги совка в целом — должны подменить собой христианские праздники. Авторы книги и не скрывают, что хотят подменить "плохую Христианскую религию" на "хорошую Коммунистическую религию":



Советские традиции, праздники и обряды способствуют формированию у советских людей научно-материалистического мировоззрения и являются эффективным средством преодоления религиозных праздников и обрядов.


Также авторы, не стесняясь, провозглашают, что будут с самого рождения засирать комми-идеологией неокрепшие умы молодёжи, подсовывая им советские "святыни", а также подучивать граждан "оценивать события" не с точки зрения рациональной действительности, а с точки зрения советской пропаганды:

Посетив, например, места, ставшие народными святынями, молодые люди получают огромный эмоциональный заряд, способствующий воспитанию глубокого уважения к революционным, боевым и трудовым традициям партии и народа.




КПСС будет воспитывать у советских людей выскуб политическую сознательность и умение с четких классовых позиций оценивать общественные явления, отстаивать идеалы и духовные ценности социалистического общества.


Ну вы поняли? Если ты наложил в штаны — то с точки зрения реальной действительности ты попросту обосрался, а если оценивать это явление с классово-социалистчиеской позиции — то ты совершил подвижнеческий акт борьбы с мировым империализмом путём загаживания бездуховных капиталистических джинсов.

Страшная книга о советской идеологии


  1. Одна из глав называется "Формирование и развитие советской обрядности" и имеет подраздел "Предпосылки возникновения и начальный этап формирования советской обрядности". В совке этими вещами занимались целые научные коллективы и защищались сотни диссертаций — это тоже напоминает всякие теологические трактаты, где "истинность" или "ложность" того или иного факта проверяется лишь по его соответствию канонам.



Подобные лженауки пышным цветом цвели в СССР и растворились, как пердёж в воздухе на второй день после падения СССР — никаким образом не повлияв на развитие цивилизации.

Страшная книга о советской идеологии


  1. Целые отдельные главы посвящены и технике речи в советских обрядах, а также тому, как правильно нужно ходить во время исполнения советских обрядов, всё по ГОСТу:



Исполнители обрядов двигаются не только на ровном месте, но и могут подниматься и по лестнице. При подъёме необходимо ставить на ступеньку только пальцы и подушечку ступни, при этом вес тела перемещается на ногу, поставленную на верхнюю ступеньку.




Страшная книга о советской идеологии


  1. Сценарии советских обрядов расписаны в книге очень подробно и составлены таким образом, чтобы вызвать у людей чисто религиозные чувства — ощущение святости советской власти, и ощущение кощунственности всех попыток противостояния советской системе.



Для этого в обряды вводятся архитепические религиозные персонажи — Государственный Наставник (аналог священника), какой-нибудь Ветеран (аналог убелённого сединами Старца), и Масса трудящихся (аналог народа) — перед лицом которой совершается тот или иной обряд и которая как бы обещает сурово покарать за ослушание. Это чистейшая, средневековая и архаичная религия.

Страшная книга о советской идеологии


  1. В конце текстовой части приводятся также всеразличные аналоги советских молитв — песнопения божеству Коммунизма и камлания Культу Хлеба с примерно таким содержанием:



Вся родная земля
Согрета солнцем Кремля.

Комбайн — на полях,
Урожай — в закромах.

Где колхозники дружны —
Урожаи быть должны.

Хлеб — всему голова.
Хлеб — отец, вода — мать.

Ленинским курсом народы пошли —
Счастье и волю свою обрели.


Страшная книга о советской идеологии

Что показывается в книге.


  1. Богатый иллюстративный материал показывает, как именно нужно правильно поклоняться советским символам и как нужно правильно себя вести на различных коммунистических праздниках. Постоянно присутствует культ мёртвых и изображаются всеразличные походы праздничой массой к могилам, вот реальная цитата из издания:



Исполнитель обряда, показывая на свадебный факел, говорит: "Дорогие молодожены! Примите этот священный огонь и пронесите его в сердцах через всю жизнь, умножив славу нашей Великой Советской Родины!. А сейчас все участники свадебного шествия направятся к братской могиле.


Страшная книга о советской идеологии


  1. Все совковые праздники, которые хорошо знакомы с детства всем, кто застал СССР — также подробно расписаны в этой книге. Где должен стоять стол, где флаг, где должен висеть герб и Мёртвые Предки во главе с Лысым Дедом, где кто должен стоять, что думать и что говорить. День знаний. Народный Коммунистический праздник Коммунистического Знания:



Страшная книга о советской идеологии


  1. Праздник Урожая — празднование архаичного Кульа Хлеба, который был широко распространён в СССР и о котором я уже подробно рассказывал.



Страшная книга о советской идеологии


  1. Торжественная регистрация брака. Все совковые свадебные говнотрадиции — все из этой книги.



Страшная книга о советской идеологии


  1. Подробно расписанный "праздник" под названием "Проводы в ряды Вооружённых Сил СССР", превращённый в целое ритуальное действо. "Обряд проводов в ряды Вооруженных Сил СССР мобилизует молодежь на овладевание совеменной военной техникой" — поражает своими открытиями книга.



Страшная книга о советской идеологии


  1. Эскизное оформление праздника "Посвящение в рабочие":



Страшная книга о советской идеологии


  1. Эскиз художественного тематического оформления "Праздника Первого Звонка":



Страшная книга о советской идеологии


  1. Оформление празднования юбилея "Великой Отечественной Войны". Как видите, "георгиевская ленточка", ставшая ныне символом террористов, убивающих людей на востоке Украины — тоже родом из этого пыльного совка:



Страшная книга о советской идеологии


  1. Оформление автомобиля для новобрачных и "именные звёздочки для новорождённых" — некий аналог нательных христианских крестиков для совкового "обряда звездения". Тебе же звёздочку при рождении повесили, неужели ты можешь быть против Коммунизма?



Страшная книга о советской идеологии


  1. А вот аналог советского священника — "исполнитель обряда" с медальоном советской религии и в торжественном костюме:



Страшная книга о советской идеологии


  1. Просто картинки в вскриками "ДА ЗДРАВСТВУЕТ СОЗДАННЫЙ ВОЛЕЙ НАРОДОВ ЕДИНЫЙ МОГУЧИЙ СОВЕТСКИЙ СОЮЗ" — цитата из лживого советского гимна.



Страшная книга о советской идеологии

Во власти Альянса. Вместо эпилога.

Страшная книга о советской идеологии

Красные большевики, захватив власть в стране в 1917 году, задумали осуществить то, чего ранее не делал никто — из правящей партии превратиться в религию и тотально присутствовать в жизни человека — суя нос во все его дела и сопровождая от рождения до смерти. Отчасти им это удалось — что хорошо видно и сегодня по существующим фанатам СССР — чья любовь к совку зиждется на религиозных, иррациональных началах.

И знаете, всё это говорит достаточно печальные вещи о человечестве в целом. Представьте себе историю, когда власть в какой-либо стране захватывает страшный людоедский Альянс из антиутопии Half-Life, уничтожает всех критически мыслящих людей, а для остальных придумывает нечто вроде религии — с Героями, Культом мёртвых, Праздничными шествиями и Образом Светлого Будущего.

Это печально осознавать, но даже у этой "новой религии" будет множество поклонников из числа жителей покорённой страны, а после падения Альянса большое количество людей будут отстаивать его людоедские идеалы...

Напишите в комментах, что вы обо всём этом думаете.

Пишет Максим Мирович



Прохання до камрадів допомогти харківському волонтеру!
Наш волонтер з Харкова, місто, яке зараз знаходиться майже на передовій від навали русскогомирку. Знаю, як тяжко просити, коли скрута, але вади здоров'я змушують людей звертатись по допомогу до побратимів: https://oleg-leusenko.livejournal.com/11842352.html

Понравился пост? Обязательно расскажите друзьям про главную книгу совковой идеологии, нажав на кнопочку ниже:
Іду на ви

В России власть преследует поэта за стихи

fd5d417d6a5fd2d57fe50069b43897bb


 


Сергей Давидис о преследовании поэта Бывшева за его политические стихи


Сахаровский Центр. Благотворительный вечер в поддержку политзаключённых. Сергей Давидис говорит об узниках совести, привлечённых к уголовной ответственности за свои высказывания.


 



Подписывайтесь на канал- YouTube

Іду на ви

Париж. Процесс "Сети Кремля во Франции"





Новая Газета в материале “Суд рассмотрел «Сети Кремля во Франции»” рассказывает о противодействии кремлевской пропаганде во Франции.


В Париже вынесено знаковое решение по иску героев книги о российской пропаганде.









В Париже суд вынес решение по делу о «Сетях Кремля во Франции». Это название книги французской исследовательницы Сесиль Вессье, против которой подали иски ее «герои». Они потребовали от автора и издательства около 60 тысяч евро. Интересы большинства истцов защищал адвокат, работающий на телеканал RT France.


Сесиль Вессье






Палата №17 парижского суда, специализирующаяся на исках к прессе, вынесла решение в пятницу, 14 июня.


Слушания прошли еще 14-15 марта и завершились около полуночи. Стороны тогда потратили семнадцать часов, в основном, не на обсуждение сути обвинений, а на новые политические выпады в адрес друг друга.


Адвокат RT France Жереми Ассус, который защищал сразу пятерых героев книги, упорно говорил о лидере украинской партии «Свобода» Олеге Тягнибоке, который не имеет отношения ни к суду, ни к сторонам процесса. Иногда казалось, будто адвокат забыл, что его задача – представлять интересы подопечных по конкретному иску, а не продолжать за них работу, которой они занимаются долгие годы. В какой-то момент председатель суда не выдержал, ударил по столу и сказал, что «иск — не по поводу ситуации в Украине, а по вопросу диффамации», но адвокат потом еще не раз вернулся к Тягнибоку. 


Подопечными защитника RT France были «военный эксперт» Джордже Кузманович (бывший советник французского ультралевого политика Меланшона), сотрудница Нацсобрания Франции Вера Никольски-Кузманович, блогеры Оливье Беррюйе, Элен Ришар-Фавр и Пьер Ламбле. Другой адвокат представляла интересы Георгия Шепелева, председателя «Координационного совета российских соотечественников» во Франции.                                                                                         Жереми Ассус. Фото: Reuters


Адвокаты требовали от автора книги «прямых доказательств» того, что их клиенты состоят в «сетях Кремля», обвиняли в том, что она не встретилась с людьми, о которых писала, а также в том, что книга является «ненаучной» и намеренно пристрастной.


Вессье в ответ подчеркивала, что, не имея доказательств, никогда не обвиняла героев книги в работе на Кремль за деньги, но подразумевала, что их можно назвать принадлежащими к «сетям Кремля» в «социологическом смысле». Потому что «совершенно разные люди» очень сходным образом и часто в одно и то же время защищают кремлевские позиции, цитируют друг друга, участвуют в общих мероприятиях в посольстве РФ, в общих митингах, на которых говорят о «преступлениях Киева» на Донбассе, но не упоминают о роли Москвы в конфликте.


Адвокат защиты Патрик Клюгман заявил, что у Вессье, которая «проводила исследование», «не было необходимости» встречаться со всеми героями «Сетей…», да это и «физически невозможно»: в книге упомянуто 287 человек.


Господин Шепелев, первым из истцов приглашенный к трибуне, сказал, что «не узнал себя» в книге, потому что на самом деле не является «агентом другой страны» и «сомнительным персонажем с профессиональной и этической точки зрения». Шепелев говорил, что хотя возглавляемая им с 2016 г. организация и «сотрудничает» с российскими властями, но он «с трудом может вспомнить политические проекты» Координационного совета.


Что касается проводившегося 22 июня 2014 года в Париже митинга «за мир в Украине», то на нем «мы старались быть как можно более нейтральными», сказал Шепелев: там были «все цвета, в том числе, флаги самопровозглашенных республик» (Донбасса), а кроме того, были представлены «фото убитых детей с обеих сторон».


Господин Кузманович, который вместе с Шепелевым вел 22 июня 2014-го митинг, посчитал оскорбительной фразу Вессье о том, что «его прокремлевская направленность вызывает еще больше внимания, так как Кузманович женат на Вере Никольски», «посвятившей диссертацию двум общественным движениям, связанным с Дугиным, и отныне являющуюся секретарем группы дружбы Франция-Россия в Национальной ассамблее».


Цитату из книги с дрожью в голосе приводила и сама госпожа Никольски, заявившая, что вовсе не поддерживает взгляды Дугина, а секретарем группы стала только потому, что ее попросили сделать это после ухода прежней сотрудницы на пенсию. Что касается их с мужем поездки в Москву на марш «Бессмертного полка» вместе с прокремлевским депутатом Меланшоном, то и в этом нет никакой политики.


Госпожа Никольски заявила, что одно только упоминание ее имени в книге «Сети Кремля во Франции» уже нанесло ей огромный ущерб, так как «к сотруднику Национальной ассамблеи предъявляется строжайшее требование соблюдать нейтралитет». Когда адвокат защиты Иван Терель спросил у Веры Никольски, как совмещается это требование с тем, что она, надев «военный символ иностранного государства» (георгиевскую ленту), шагала на митинге вместе с Меланшоном, истица ответила: «Разве Красная площадь находится в Национальной ассамблее?! И потом: я была в отпуске».


Господин Кузманович подчеркнул, что причисление его самого и его супруги к участникам «сети» «не имело бы никакой негативной коннотации, если бы речь шла о сети филателистов или любителей петанка», «но это Кремль!». При этом сам Кузманович, являющийся постоянным спикером российских гос-СМИ, заявил, что ему «никто ничего не диктует».


Блогер Беррюйе — которого российские СМИ представляют как «эксперта по экономике и геополитике» — заявил суду, что «не имеет никаких связей с Россией» и «никогда не претендовал на то, чтобы называться специалистом».


Впрочем, в книге так и написано: Беррюйе — «актуарий (специалист по страховой математике — прим. ред.), который ничего не знает ни о России, ни об Украине». «Чтобы поразить и убедить читателя, (его) сайт множит цифры, карты, цитаты, фотографии, которые как бы придают дискурсу научный аспект, но автор сообщает при помощи этих деталей не пойми что (…). Есть желание исказить факты, атаковать и обманывать, как минимум, в том, что касается российско-украинских вопросов».


Патрик Ламбле, бывший преподаватель Университета Французской Полинезии, помимо прочего, возмутился этой характеристикой: «Его мотивы могут быть различными, но трудно не думать здесь о «фабрике троллей». Вессье также дала в книге одну из цитат преподавателя: «Псевдо-«оранжевая революция» привела к власти нацистов: мы это доказываем. Так называемые «про-европейцы» насчитывают множество нацистов: мы это разоблачаем». (Оранжевая революция была в 2004 г. – прим. ред.)


Истец сказал, что после того, как вернулся с Таити на материковую Францию, не может найти работу, и виновата в этом, вероятно, книга: «как будто я имею невидимую строчку в резюме: «кремлевский тролль».


«Мы живем в обществе, где считается нормальным исключать любого», кто «решится выступать за иностранную державу», «являющуюся причиной всех бед в мире», — изобличал в последнем слове всю систему адвокат RT Ассус.


Он призвал суд наказать автора и издательницу, иначе университетские исследователи будут по-прежнему «считать себя неприкасаемыми». «А потом журналисты, ссылаясь на книгу, распространяют клевету». Если исследователей не остановить, то «это никогда не закончится!» — сделал прогноз адвокат, не отказавший себе в удовольствии напоследок еще раз вспомнить Тягнибока.


Прокурор, выслушав истцов, обвиняемых и свидетелей защиты, заявила: «Нельзя путать критические высказывания с клеветой».


Прокурор в финале заявила: «Факта обвинений в том, что истцы оплачиваются Кремлем, в книге найти нельзя», так же как и «факта обвинений в том, что они являются агентами Кремля».


В книге исследуются методы, используемые для «усиления культурного, идеологического и экономического влияния на Францию» со стороны России, — подчеркнула гособвинитель, назвав в то же время судебный процесс «политическим».


«Это было сражение представителей двух типов сетей, двух форм идеологии», — сказала прокурор, призвав суд освободить автора и издательницу от ответственности.


Адвокаты защиты Патрик Клюгман и Иван Терель вспомнили о «знаковом деле» советского диссидента-невозвращенца Виктора Кравченко, автора книги «Я выбираю свободу» — об ужасах сталинского режима. (Книгу «громила» редактируемая Арагоном просоветская газета Les Lettres françaises, называя автора «дезинформатором» и «агентом США». Кравченко подал в парижский суд и выиграл его в 1949 году).



Клюгман заверил, что и сейчас цель истцов та же — послать сигнал всем критикам: «Вас будут преследовать, потому что вы атакуете Кремль».



Адвокат Терель настаивал на «общественной полезности» труда госпожи Вессье: в 2016 году, когда «еще не говорили о предполагаемом российском вмешательстве в выборы», книга стала «первопроходческой» во Франции.




В итоге суд в основном согласился с доводами прокурора, частично удовлетворив только один иск из шести.




Суд постановил, что один пассаж из книги (там, где содержатся слова о «желании исказить факты, атаковать и обманывать») ущемляет интересы истца Беррюйе. Сесиль Вессье и издательница Мари-Эдит Алуф «получили» по 500 евро условного штрафа, а также должны будут заплатить по 1000 в качестве «компенсации ущерба» и 2500 (на двоих) на покрытие судебных расходов.






Загрузка…